Ладожское озеро


Евразийские гидросферные катастрофы и оледенение Арктики

Автор: М. Гросвальд
Источник: Москва, «Научный мир» 1999. ББК 26.222.8:823; ISBN 5-89176-067-3
Полный вариант в формате DJVU (14.5Mb)

ГЛАВА 4
МАНЫЧСКИЙ СКЕБЛЕНД И СВЯЗАННЫЕ С НИМ ГРЯДОВО-ЛОЖБИННЫЕ КОМПЛЕКСЫ

Вид всей этой страны такой, как будто бы ее пропахали гигантским плугом, или, как будто кто-нибудь провел на еще мягкой поверхности ея борозды громадными пальцами…
К.М. Бэр [1856, с. 198]

4.1. Евразийские спиллвеи и манычский скебленд

Итак, ледниковые покровы Северной Евразии создавали преграду течению рек, принадлежащих бассейнам Северного Ледовитого и Тихого океанов. Вследствие этого появлялись гигантские подпрудные озера, которые становились звеньями двух трансконтинентальных систем талого стока.

Обе эти системы, Транссибирская и Гоби-Амурская, могли сформироваться лишь в условиях сплошного оледенения арктической и северотихоокеанской окраин материка [Гросвальд, 1998], поэтому сам факт их существования стал одним из решающих доказательств такого оледенения. Соответственно, все проекты, затрагивающие проблему континентальной палеогидрологии Евразии, ищут ответа на вопрос: есть ли факты, доказывающие реальность трансъевразийских систем талого стока?

Одним из главных объектов палеогидрологических исследований стали спиллвеи, поскольку именно они являются наиболее ясными следами ледниковых реорганизаций озерно-речной сети. Выше было показано, что эти формы имеют сравнительно молодой, позднеплейстоценовый возраст, а их размещение и морфологические особенности говорят о связи с потоками воды, которые двигались на юг и юго-запад вкрест простирания водоразделов. Такой поворот можно объяснить только влиянием мощной подпруды на севере, т. е. не чем иным, как Панарктическим ледниковым покровом. Так что один из способов проверки соответствующей гипотезы состоит в изучении евразийских спиллвеев.

Сказанное объясняет, почему спиллвеи Евразии стали объектом специальных космо-геоморфологических исследований в Аризонском университете США, занимающем ведущее место в изучении проблем континентальной палеогидрологии. В ходе этих работ было сделано открытие, которое заставило по-новому взглянуть на природу Евразии в плейстоцене и начать поиск в принципиально новом направлении. На дне и бортах Манычского спиллвея – гигантской ложбины, соединяющей впадины Каспийского и Черного морей, был обнаружен комплекс специфичных эрозионных форм, образующих геоморфологический ландшафт скебленда [Komatsu, Baker, 1996; Baker, 1997]. Было выяснено, что весь район, примыкающий к озеру Маныч-Гудило, изрезан параллельными долинами, покрыт гигантскими рытвинами, грядами и каплевидными буграми, похожими на формы, развитые в районе мизульских потопов.

По определению В. Бейкера, спиллвей на участке скебленда имеет ширину 35 км, а живое сечение его фладстрима (определенное по отметкам дна ложбины и известным уровням хвалынской трансгрессии Каспия) составляло 1 000 000 м2. Опираясь на эти значения и приняв скорость потока равной 10 м/с (минимально необходимой для выработки скебленда [Baker, Costa, 1987]), В. Бейкер оценил расход воды в Маныче величиной в 107 м3/с. Тем самым он показал, что мощность манычского фладстрима была грандиозной, соизмеримой с мощностью катастрофических потоков, связанных с прорывами Мизулы и Алтайских озер, но совершенно немыслимой для "нормального" потока [Baker, 1997].

Такие потоки могли действовать лишь эпизодически, "включаясь" только на короткие промежутки времени. Затем они должны "выключаться", так как ни один водный резервуар Земли не смог бы обеспечить их постоянного, круглогодичного действия. Напомню, что расходы воды, рассчитанные для квазистационарного (постоянного) течения через тот же спиллвей, не превышали 60-70 тыс. м3/с (см. гл. 2), и эпизодические "сверхпотоки", выявленные Бейкером, были на 2-3 порядка мощнее постоянных.

Сейчас, когда мы знаем о масштабах мизульских и алтайских катастроф, расходы манычских фладстримов не кажутся невероятными. Тем не менее, их характеристики вызывают немало вопросов. Если современные водно-ледниковые катастрофы понятны, и их объяснения можно проверить, проведя наблюдения за прорывами озера Мерцбахера на Тянь-Шане или подпрудных озер Аляски, то легко себе представить, что по тому же сценарию "работали" и ледниково-подпрудные системы прошлого. Иное дело – "манычские потопы", с ними далеко не все просто. Не ясно, например, "запирался" ли Манычский спиллвей, и если запирался – то чем, и какова природа возникавшей здесь плотины. Не ясно, где эта плотина находилась, как и из чего образовалась. А главное – откуда бралась вода и энергия здешних потопов.

Очевидных ответов на эти вопросы не было. Поэтому для их поиска был создан неформальный проект "Исследование трансконтинентальных прорывных потопов Северной Евразии", который фактически вошел в программу "Глобальные изменения природной среды и климата". В задачи проекта входило прежде всего выявление и картирование древних русел, которые проходили через Манычскую долину и следовали дальше к Черному морю. Другая его задача – определение гидравлических параметров системы катастрофического стока, ее возраста, а также источников "потопной" воды и механизмов самих катастроф.

Ниже изложены первые результаты работ по проекту. Прежде всего, эти работы привели к открытию трансконтинентальных систем древних русел, которые, как выяснилось, имеют колоссальные размеры. До сих пор о них никто не догадывался, хотя фрагменты систем были давно известны. Взятые целиком, они оказались слишком большими, чтобы быть "замеченными" без помощи методов космической картографии.

Содержание