Проблема существования реки Нева в голоцене

Авторы: Н. Н. Верзилин, Г. И. Клейменова
Источник: Вестник СПбГУ. Сер. 7. 2010. Вып. 4 (УДК 551.481.1)

Река Нева, по мнению авторов настоящей статьи, несомненно, имеет древнее, доголоценовое заложение. Об этом свидетельствует, в частности, четко выраженное переуглубленное ее древнее русло, достигающее глубины около –40 м [1]. Оно почти совпадает с современным расположением реки. Это позволяет предполагать, по крайней мере, унаследованный характер современной р. Невы.

Существенно, что исследования, проведенные при первых детальных съемках территории, на которой находится р. Нева, выполненные Н. В. Потуловой [2], дали основание ей, совместно с М. М. Тетяевым, «считать Неву наиболее молодой рекой, представляющей собой остаток части водного бассейна, сократившегося до размеров узкого пролива между Ладожским озером и Финским заливом, составлявшими раньше одно целое» [2, с. 1356]. Н. В. Потулова отмечает, что при непосредственном изучении р. Невы она не производит впечатления обычной сформировавшейся реки.

Скорее это ряд расширений, соединенных более узкими протоками. Нет на ней, по мнению Н. В. Потуловой, и характерных для реки изгибов, вызванных боковым размыванием, а встречающиеся местами террасы указывают скорее на сокращение ее ширины, чем на перемещение русла. Кстати, в связи с этими представлениями показательным является близкое совпадение очертаний переуглубленного древнего русла Палеоневы [1] с ее современным положением. Время прошло значительное, а конфигурация реки сохранилась, хотя можно полагать, что существование ее, возможно, неоднократно прерывалось, сменяясь обширными водными пространствами или ледниковыми покровами. В этом плане показательны реконструкции, выявившие, что на месте р.Невы во время межледниковий верхнего плейстоцена существовал пролив [3].

При этом было установлено, что хорошая сохранность пыльцы отмечалась в морене, распространенной во сновном в пределах Приневской низменности, в то время как к северу и к югу от нее пыльца имеет следы механического разрушения. Отсюда можно заключить, что в Приневской низменности, т. е. в Палеоневе переотложение осадковшло менее интенсивно или практически не происходило. Еще в 1965 году [4] было показано, что осадки Первого Балтийского ледникового озера выстилают дно древнего Невского пролива, вскрываясь в наиболее глубокой его части на отметках от -12 до -24,5 м. Такие материалы свидетельствуют о том, что в это время на месте современной Невы существовало водное соединение Финского залива и Ладожского озера.

Эти фактические данные полностью согласуются с представлениями Н. В. Потуловой и М. М. Тетяева о том, что Нева является остатком части водного бассейна, соединявшего первоначально Ладожское озеро и Финский залив. Фактические данные и выводы, полученные почти 90 лет назад при детальных съемочных работах и в 1960-х годах при изучении спорово-пыльцевых комплексов в районе Невы, полностью совпадают между собой и позволяют говорить о постоянном соединении Ладожского озера и Финского залива в послеледниковое время обширным проливом или на его месте Невой. Ведь после возникновения этих водотоков сток из Ладожского озера, по крайней мере по Неве, вряд ли мог прекратиться. Уж больно велика масса воды, постоянно вытекавшая из озера. Достоверных же следов иных обширных и достаточно длительно существовавших водотоков из Ладожского озера не известно. Разве можно полагать, что альтернативным стоку по Неве мог быть сток в районе пос. Вещево по озерам Макаровское и Ламское?

Здесь не видно фрагментов былого существования сколько-либо значительной реки, а возможное русло водотока испытывает кардинальные изменения на незначительном расстоянии в направлении почти с севера на юг, а затем с юго-востока на северо-запад. Вряд ли крупная река – аналог Невы – могла иметь столь резкие изменения русла. Не вписывается крупная река здесь и в быстро меняющиеся по площади топографические особенности рельефа с колебаниями высот от 15 м до -20 м.

Не подлежит сомнению, что по южной границе тающих льдов последнего оледенения располагался обширный шлейф приледниковых озер [5]. Это вполне естественно, так как в гумидном климате по периферии ледникового щита, в случае расположения его в понижениях рельефа, в условиях положительного баланса влажности, должна была формироваться система приледниковых озер.

Однако, в построениях, приводимых Д. Д. Квасовым [5], из начальных реконструкций дается Балтийская система приледниковых озер для этапов лишь 12,6 и 11,9 тыс. лет назад. Соответственно, на первой реконструкции территория Ладожского озера лежит еще под ледником, а на второй, за исключением самой северной части, занятой ледниковым щитом, покрыта озерным водоемом.

При этом древнеладожский водоем повсеместно имеет границы несколько большие, чем современное озеро. Соединение озера со смежными водоемами отмечено лишь на северо-западе его котловины, наряду с тем, что и Финский залив также покрыт озерными водами и почти доходит до Ладожского озера. Невольно возникает вопрос, а какова была связь Ладожского озера с районом Финского залива в период, когда ледник постепенно освобождал территорию озера.

Естественно сначала освободилась ото льда юго-западная часть озера, место современного расположения Санкт-Петербурга и территория местонахождения древней и современной р.Невы. Существенно, что расположение р.Нева приурочено к наиболее низкой составляющей рельефа, ведь южнее ее находится глинт, с него стекают реки в современную Неву. Текут в нее реки и с севера.

Знаменательно и то, что в районе современной р.Невы, особенно широко от нее к северу, из четвертичных отложений развиты в основном озерноледниковые и в меньшей степени болотные отложения [6]. Естественно, озерно-ледниковые осадки как бы подчеркивают относительную однородность и незначительную высоту отложения формировавшихся здесь осадочных образований.

Итак, можно утверждать, что с началом освобождения котловины Ладожского озера и прилежащей территории от ледника между ней и Финским заливом должен был возникнуть постоянный сток вод, который по мере таяния льда должен был, вероятно, все более усиливаться. Сейчас нельзя сказать, как считала еще Н. В. Потулова [2], когда площадной сток сменился речным и возникла р.Нева.

Важно, что с начала формирования Ладожского озера здесь обязательно должен был возникнуть постоянный сток из него речной или скорее первоначально площадной. Первичный характер его не имеет принципиального значения. Важно, что с этим стоком связано возникновение современной р.Невы, которая после этого постоянно существовала.

О расположении р.Невы в наиболее обширном пониженном и выровненном участке обрамления Ладожского озера свидетельствует и южное направление таких крупных рек Карельского перешейка как Охта, Черная Речка, впадающих соответственно в западную и восточную части р.Невы, так и небольшой – Черной Речки, втекающей в Неву с севера, напротив устья р.Тосны.

Значительный интерес представляет реконструкция Карельского перешейка с указанием границ ледника последнего оледенения, приводимая Д.Д. Субетто [7, рис. 3.11]. Граница ледника невской стадии, фиксируемая возрастом 13300 календарных лет, проходит по южной части Ладожского озера, далее огибает с севера центральную возвышенность Карельского перешейка высотой более 100 м и спускается к югу к восточной части Финского залива, переходя затем на его южный берег.

Естественно полагать, что в это время сток из южной части Ладоги проходил в район Финского залива по наиболее пониженной части, то есть по территории в пределах которой располагается сейчас р. Нева. Иного пути стока вод быть не могло. И вполне естественно, что сток шел в одном направлении от Ладожского озера к территории Финского залива примерно по руслу современной р.Невы. Соответственно не только река Тосна, но и река Мга в конечном итоге несли свои воды в район Финского залива. Нет никаких оснований предполагать, что тогда Мга могла впадать в Ладожское озеро.

Интерес также представляет неоднократно приводимая группой авторов [8–10] схема Ладожское озеро – восточный плес Балтийского ледникового озера, составленная для времени около 10 300 л. н., то есть для его максимального уровня. На этой схеме показан широкий пролив в районе р.Невы и в то же время обширные водные пространства к западу от северной части Ладоги и вдоль края ледника, располагавшегося к северо-западу от озера. Водное пространство на территории Невы существовало, по мнению многих авторов, и в это время. Границы же озера были повсеместно шире не только современных границ, но и вообще реконструируемых для голоцена.

В этой связи рассматриваемый, знаменательный в истории Ладоги этап – максимального распространения вод по площади – позволяет сделать некоторые выводы. Широкое распространение вод пролива по площади в районе расположения современной р.Невы позволяет утверждать, что возвышенные участки на его территории, достигающие в настоящее время высоты несколько больше 20 м, тогда перекрывались водой. Поскольку Ладога представляла собой восточный плес Балтийского ледникового озера, уровень вод в этом проливе не должен был заметно меняться.

Крупное озеро, как правило, достаточно устойчиво. В отложениях р. Невы встречаются осадки Первого Балтийского ледникового озера на современных глубинах до -24,5 м [4]. Значит прообраз современной р.Невы уже существовал тогда. Вряд ли при такой глубине водного потока на его пути могли сохраниться предполагаемые некоторыми исследователями в междуречье низовьев рек Тосна и Мга, сплошные участки рельефа, высота которых была бы около 20 м.

Можно полагать, что во время существования Балтийского ледникового озера наиболее ярко выраженный (по крайней мере, по глубине проявления) пролив, соединявший Ладожское озеро с территорией Финского залива, уже располагался на территории Невской низменности. Соответственно, к этому времени должна была быть уничтожена (если она вообще существовала) возвышенность высотой около 20 м, вблизи современного пос. Отрадное, пересекавшая здесь территорию р.Невы.

Об этой возвышенности принято говорить, так как без признания ее первоначального существования и последующего уничтожения утверждения о молодости р.Невы не могут иметь места. Существование Ладожского залива Балтийского ледникового озера принято трактовать [7, 8] как наиболее трансгрессивный этап развития озера, когда границы его превосходили современные.

Считается, что в это время на территории, включающей расположение р. Невы, находился крупный пролив, а позже, возможно, примерно с 9500 лет назад и до современности, пролива не было. Не было по мнению многих и р.Невы до максимума ладожской трансгрессии, время которой оценивается весьма различно. Представления о молодости р.Нева кажутся сомнительными еще и по следующим соображениям. Сток вод из Ладоги всегда должен был происходить весьма интенсивно.

Вряд ли он мог быть почти в два раза меньше современного, даже до возникновения стока из Сайменской системы озер. Современный же сток составляет весьма большую величину —около 80 км3 в год. Более того, интенсивный сток вряд ли мог полностью осуществляться по весьма мало углубленному, узкому и извилистому Гейниокскому проливу, к тому же достаточно возвышенному (сейчас его водораздел составляет 15,4м). Достаточно полно отложения русла этого древнего пролива изучены палеоботаническими методами.

В районе пос. Вещево (абсолютная отметка +15,4 м) и «Нижнеосиновского болота» (абсолютная отметка +23м), находящегося западнее этого поселка [11, 12]. Палинологические и диатомовые данные позволили установить, что после регрессии Балтийского ледникового озера в районе Гейниокского пролива распространялся пребореальный палеоводоем, который характеризовался солоноватоводным режимом с экологически смешанным комплексом диатомей из пресноводных и солоноватоводных видов. В это время в Балтике развивалось Иольдиевое море, в древнеладожской котловине существовало глубокое озеро с низкими температурами, а северо-западное побережье Ладоги было заболоченной сушей [13, 14]. Бореальный этап на севере Карельского перешейка характеризовался кратковременной трансгрессией Анцилового озера.

При этом обоснованным является утверждение, что со стороны Балтики анциловые воды распространялись не только в рассматриваемый район, но и по проливу достигали котловины Ладоги. Ведь в отложениях бореального времени из колонок Финского залива, разрезов севера Балтийско-Ладожского водораздела и колонок Ладожской котловины установлена анциловая флора.

Однако, уже в позднебореальное время русло Гейниокского пролива стало пересыхать и начался процесс заторфования, который продолжался до конца голоцена. Следовательно, пролив уже в позднем бореале был мелководным, с малоподвижными водами. Начало торфонакопления в районе этого пролива фиксируется в настоящее время высотами около 15 м (пос. Вещево) и 20 м (Нижнеосиновское болото). Соответственно нет оснований полагать, что в прошлом при образовании указанных торфяников, высота их формирования могла быть больше. Если она и отличалась от современной, то лишь в сторону уменьшения, так как для рассматриваемого района имеются свидетельства о современных поднятиях территории, а не опусканиях ее [6].

Возьмем очень примерные цифры из схемы современных движений земной коры [6] (для рассматриваемых пунктов подъем около 1 мм в год). Тогда для границы пребореала и бореала гипсометрическая высота накапливавшегося осадка в районе пос. Вещево будет примерно 6 м, а для территории Нижнеосиновского болота – около 11 м. Естественно, можно предполагать, что уровень водоема в районе Вещево был, по-видимому, на несколько большей высоте над накапливавшимися на дне алевритами, чем в водоеме в районе Нижнеосиновского болота, где отлагался песчаный осадок.

В районе р.Тосна одновозрастные, вышерассмотренным, водные отложения могут залегать ниже подошвы болота «Усть-Тосненское», для которой в центральной части торфяника есть радиоуглеродная датировка 9490±140 л. н., а на окраинах болота, на несколько более возвышенных участках и моложе: 8300±840 и 7970±150 л. н. [15]. При этом гипсометрические отметки минимального ложа болота составляют 12–14 м. Однако, если учитывать погружение рассматриваемой территории порядка –0,1 мм год [6], то можно полагать, что вн ачале торфонакопления нижний уровень болота мог составлять величины несколько большие – около 13–15 м. Соответственно, уровень Анцилового озера располагался в рассматриваемом районе гипсометрически несколько ниже Тосненского торфяника, то есть в общем на возможном уровне ранее рассмотренных водоемов района пос. Вещево.

Наши представления мало согласуются с данными, приводимыми коллективами исследователей, в частности в недавних публикациях [9, 10]. Например, вработе [9] указывается, что «подъем уровня Балтики в анциловую стадию около 9200 л. н. привел к подпору вод Ладожского озера в районе порога Вещево (18 м) и способствовал повышению уровня Ладожского озера до отметок 30–32 м» [9, с. 209]. Однако, неясно почему здесь порог Вещева 18 м, а на предыдущей странице он указывался как 15,4 м. над уровнем моря.

Мы не знаем фактов, свидетельствующих о подъеме вод Ладожского озера в анциловую стадию до 30–32 м. Весьма показательны рис. 4 и 5 в работе [10], составленные для стадий развития Ладожского озера в пребореальный и бореальный периоды. Интересно, что рисунки совпадают даже с одинаковым показом положения береговой линии Ладоги во время минимального уровня палеоводоемов. При этом для регрессивных этапов зоны осадконакопления меньше современной площади озера более чем в два раза, а трансгрессивных – меньше примерно на треть.

Уменьшение зон осадконакопления отмечено в южной части Ладоги. Только в северо-восточной части водоема заметно некоторое его увеличение. Чем мотивируются такие реконструкции – не раскрывается. Их идентичность (см. рис. 4, 5 в [10] заставляет предполагать, что в трансгрессивную стадию, как в пребореале (Иольдиевое море) так и в бореале (Анциловое озеро), уровень водоема поднимался до 30–32 м. Территория истоков современной р.Нева тогда должна была располагаться выше.

Если считать, как авторы упомянутой статьи, что в рассматриваемое время (Иольдиевое и Анциловое) р.Невы еще не было, то на месте ее будущих истоков должна была протекать пра-Мга. Она, учитывая ее частичное прохождение по суше, раннее бывшей дном Ладожского озера, а так же более чем ныне расчлененный рельеф в зоне высоких водосборов реки, должна была нести значительное количество терригенного материала. А где он отлагался? Следов его на дне Ладоги не видно. Не отмечено среди донных осадков и каких-либо отложений, накапливавшихся вблизи от этих береговых линий и отражающих их миграцию, что с позиций палеогеографии представляется совершенно необъяснимым.

Невольно возникает вопрос, что размывалось на суше, возникшей на месте части водоема после существования Балтийского ледникового озера (см. рис. 4Б и 5Б в [10]), и где отлагался этот размывавшийся материал? Следов такого отложения не видно (см. рис. на с. 47 [8] и рис. 4.8 [7]).

Трудно представить время и масштабы возможных поднятий и опусканий. Если согласиться с существованием этапов, когда уровень Ладоги повышался до 30–32 м, то на еще большую высоту должна была возрастать и прилегающая к ней суша, в том числе и в южной части современной площади озера. И этот подъем должен был быть весьма значительным, как и последующее погружение.

Один пример, иллюстрирующий соответствующие представления. Согласно статьи большого коллектива авторов [16] была изучена колонка 1190 с глубины 78 м в подводной долине юго-восточной части Ладожского озера. Нижняя часть колонки (69– 180 см ниже дна) представлена в основном слоистыми ленточноподобными слабопесчанистыми глинами. В средней части ее на глубине 115 см найдена древесина возрастом 15 620±50 лет (ЛУ-2815). Эти отложения перекрываются зеленовато-серыми опесчаненными илами, залегающими на глинах с размывом. Они датируются суббореалом и субатлантикой. При этом мощность отложений суббореала оценивается как 30–69 см, а субатлантики как 0–30 см.

В статье отмечается, что в голоцене до ладожской трансгрессии суббореального возраста территория Южного Приладожья представляла собой сушу, вследствие чего, более молодые, чем суббореальные, осадки в колонке отсутствуют. Учитывая представления о подъеме вод Ладожского озера в пребореальное и бореальное время иногда до 30–32 м [9, 10], и, соответственно, прилегающей территории окружения его не на меньшую высоту, можно полагать, что современная южная часть Ладоги сначала поднималась иногда до уровня около 30 м, а затем к суббореалу опустилась порядка на сотню метров(о т 30 м до примерно 75 м).

Если принять точку зрения, что максимум Анциловой трансгрессии приходится примерно на время около 9200 л. н. [9], а опускание южной части Ладожского озера до близкого к современному положению произошло вн ачале суббореала, то интервал между указанными событиями будет около 4500 л. Соответственно, скорость опускания южной части Ладожского озера будет нереально высока около 22 мм/год. При этом скорость подъема территории после существования Балтийского ледникового озера до максимума трансгрессии Анцилового озера должна была быть еще значительно большей. Вряд ли реальными могут рассматриваться подобные высокоамплитудные гипсометрические изменения, тем более с необъяснимым меняющимся знаком движения.

Кстати, сейчас акватория Ладожского озера, по-видимому, испытывает поднятие [6]. Представляется, что высота уровня вод в Ладожском озере, как и высота прилежащих водосборов, на протяжении всего голоцена менялись вобщем незначительно. И это касалось не только территории северной части Карельского перешейка, но и южных территорий, в частности района р.Нева и ее притоков. Более того, Приневская территория была значительно более тектонически стабильной, чем район Выборга-Приозерска [6].

Эта стабильность проявилась в наличии в береговых уступах р.Невы близ г. Кировска радиоуглеродно датированных речных отложений всего голоцена и фрагментовледниковых отложений, о чем уже неоднократно писалось [17–19]. Эти фактические данные свидетельствуют против длительного воздымания до суббореального времени южной половины территории Ладожского озера и существования на ней вследствие этого суши. Здесь важнее остановиться на вопросе о существовании в голоцене и несколько ранее р.Тосна.

Как было показано [20, 21] внижней части долины р.Тосна, между пос.Ульяновка и г.Никольское, развиты гляциодислокации, позволяющие уточнить некоторые вопросы палеогеографии района в позднем плейстоцене-голоцене. Распространение гляциодислокаций вдо лине р.Тосна, их характер и гипсометрическое положение свидетельствуют не только о существовании в этом районе палеодолины реки еще до невской стадии последнего оледенения, но и о том, что русло ее было врезано до этой стадии по крайней мере до абсолютной глубины ниже 12 м.

Если бы палеодолина не была выработана до такой глубины к невской стадии, то естественно гляциодислокации и флювиогляциальные отложения с облекающей и наклонной слоистостью, содержащие линзы и включения кембрийских глин, распространенные на абсолютной высоте около 12 м, не сохранились бы. В связи с указанными особенностями истории р.Тосна, можно утверждать, что ее русло в месте современного впадения в р.Нева, ко времени, отвечающему, по мнению ряда исследователей, образованию р. Нева (от 1200 до 4500 л. н.), должно было располагаться заметно ниже 12 м.

Соответственно, при прорыве и размыве перемычки из ледниковых отложений между устьями рек Мга и Тосна высотой около 20 м, громадная масса в основном песчаного материала, влекомая водой, хлынула бы вниз по относительно узкой долине р.Тосна. Этот материал должен был катастрофически быстро поднять уровень воды в р.Тосна, подпрудив реку непосредственно ниже от размывавшегося водораздела между Мгой и Тосной.

Эти воды с обилием взвешенного влекомого осадочного материала должны были перекрыть на какое-то время Усть-Тосненский торфяник, тогда еще имевший мощность торфа примерно в два раза меньшую, чем теперь, то есть вряд ли поднимаясь еще выше 15 м. Однако никаких признаков существования подобных событий нет.

Хотелось бы еще обратить внимание на то, что реки Тосна и Мга, если бы р.Нева сначала не существовала, текли бы по несравненно менее крупным руслам, чем русло Невы.

При образовании же Невы лишь во вторую половину голоцена, должно было возникнуть одновременно и отвечающее ей по масштабам крупное русло. Соответственно, должны были размываться, переноситься и в конечном итоге быть отложены, вероятно, уже в основном за пределами русла реки, в ее дельте, громадные массы обломочного материала, в основном по составу ледникового. Ничего этого нет.

Более реальным представляется существование в позднеледниковое время (время развития Балтийского ледникового озера) широкого пролива на территории, включающей современное расположение р.Нева. Затем в начале голоцена (точнее, определить пока нельзя) произошло возникновение р.Нева с врезанием ее в ледниковые отложения примерно там же, где она существовала когда–то ранее ([1], с. 50).

Если бы р.Нева возникла лишь во вторую половину голоцена, промыв сушу между реками Мгой и Тосна, то нет уверенности, что этот участок пришелся бы четко в место изгиба праТосны (на месте впадения ее сейчас в Неву). Непонятна также и значительная удаленность р.Нева в районе современного пос. Отрадное от возвышенных участков, маркируемых горизонталью 20 м по левому берегу.

Все указанные особенности, по нашему мнению, объясняются унаследованностью р. Нева от позднеледникового пролива. И не нужны никакие гипотетические существенные размывы и перестройки речных систем. Кроме того, нельзя не учитывать, что водные массы рек Тосна и Мга ни в какое сравнение не могут идти с массой воды р.Нева в целом. Поэтому возникновение р.Нева должно было привести к кардинальной перестройке ранее существовавших русел.

Ведь сток воды по Неве в год около 80 км3 – чрезвычайно большая масса и, конечно, она не могла транспортироваться по руслам рек Мга и Тосна (причем которые в низовьях сначала текли в разные стороны) без существенной их перестройки, в первую очередь – значительному их расширению и углублению. Возникают даже сомнения в реальности такого процесса: громадные массы обломочного материала должны были внезапно, за короткое время, перемещены на значительные расстояния, вплоть от верховьев р.Нева до Финского залива.

Следует подчеркнуть, что в Приладожье нередко присутствуют торфяники, формировавшиеся иногда на протяжении всего голоцена и располагающиеся на высотах менее 18–19 м, то есть на меньших высотах, чем принимаются необходимыми для позднеголоценового прорыва Мгинско-Тосненского водораздела р.Невой [22]. Напомним, что таким является и Усть-Тосненский торфяник, который приурочен к р. Нева, в районе впадения в нее р.Тосна.

Весьма важными для рассматриваемой проблемы являются полученные недавно данные по результатам изучения Л. В. Лудиковой диатомовых из донных осадков оз.Волоярви, расположенного в юго-западной прибрежной части Ладожского озера. Уровень воды в озере 15 м [9, 23] и относительно него было сделано заключение, что «непрерывное осадконакопление в озере существует как минимум 6000 лет, и в донных отложениях мы не обнаружили следов проникновения ладожских вод» [9, с. 212]. Следовательно, уровень Ладожского озера не поднимался на протяжении последних 6000 лет выше абсолютной отметки 15 м. Поэтому за это время р. Нева не могла возникнуть и соответственно она имеет более древний возраст.

Кроме того, в связи с отмеченным представляется, что на рис. 2 [9] и рис. 6 [10], составленных для максимума Ладожской трансгрессии, границы озера должны быть несколько меньше, так как воды Ладоги не проникали в оз.Волоярви, не достигали высоты 15 м и не могли образовать на месте озера обширного пролива. Приведенные в статье материалы позволяют сделать вывод, что Ладожское озеро в отношении своего уровня и размеров обладало значительно большей стабильностью, чем считают многие исследователи.

Соответственно, эта стабильность проявилась и в постоянном существовании стока из озера по р.Нева, и в непрерывном в течение всего голоцена накоплении торфяников на высоте 12–18,5 м на левом берегу р. Нева близ впадения р.Тосна. Вероятно, уровень вод послеледниковых трансгрессий Ладоги не достигал этих торфяников. Относительная стабильность уровня Ладожского озера проявляется вполне определенно.

 

Литература:

1. Ленинград. Историко-географический атлас. Главное управление геодезии и картографии. М., 1977. 120 с.
2. Потулова Н.В. Геологическое строение района верхнего течения р.Невы и нижнего Мги // Известия геологического комитета. Т. 43, №10. 1926. С. 1353–1369.
3. Малясова Е.С., Клейменова Г.И. О палеоботанической характеристике ледниковых и позднеледниковых отложений территории Ленинграда // Проблемы палеогеографии. Изд-во Ленинградского университета. 1965. С. 181–192.
4. Усикова Т.В., Малясова Е.С., Клейменова Г.И. Стратиграфия и палеогеография верхнего плейстоцена района Ленинграда // Проблемы палеогеографии. Изд-во Ленинградского университета. 1965. С. 150–156.
5. Квасов Д.Д. Позднечетвертичная история крупных озер и внутренних морей Восточной Европы. Л., 1975. 278 с.
6. Киселев И.И., Проскуряков В. В., Саванин В. В. Геология и полезные ископаемые Ленинградской области. СПб.: Изд-во «КомТехника», 1997. 196 с.
7. Субетто Д. А. Донные отложения озер: палеолимнологические реконструкции. СПб.: Изд-во РГПУ им. А.И. Герцена. 2009. 339 с.
8. Ладожское озеро. Атлас. Российская Академия наук, Институт озероведения РАН. СПб., 2002. 128 с.
9. Субетто Д. А., Арсланов Х.А., Долуханов П.М. и др. Формирование стока Ладожского озера в голоцене и расселение человека // Экологическое состояние континентальных водоемов северных территорий. СПб.: Наука, 2005. С. 207–214.
10. Субетто Д. А., Кузнецов Д.Д., Сапелко Т.В. и др. История формирования стока из Ладожского озера и расселение человека на Карельском перешейке // Геология, геоэкология и эволюционная география / Под ред. Е. М.Нестерова. СПб.: Изд–во «Эпиграф», 2006. С. 150– 156.
11. Гей Н.А., Джиноридзе Р.Н. Новые данные по палеогеографии северо-западной части Карельского перешейка // Вестн. С.-Петерб. ун-та. Сер. 7: Геология, география. 1995. Вып. 3. С. 81–90.
12. Клейменова Г. И., Вишневская Е.М. Новые данные палинологического и диатомового анализов отложений района г. Выборга (пос.Вещево) // Вестн. Ленингр. ун-та. Сер. 7: Геология, география. 1989. Вып. 2. С. 115–116.
13. Верзилин Н. Н., Клейменова Г.И. К проблеме оценки изменений уровня вод Ладожского озера в позднеи послеледниковье // Вестн. С.-Петерб. ун-та. Сер. 7. Геология, география. 2006. Вып. 4. С. 55–71.
14. Клейменова Г. И., Вишневская Е.М., Долуханов П.М. Голоценовая история палеобассейнов на Ладожско-Балтийском водоразделе // География и современность. СПб., 1992. С. 110–130.
15. Кузмин Г. Ф., Клейменова Г.И., Пономарева Д. П., Латышева Н.М. Развитие верховых болот Ленинградской области в голоцене // Вестн. Ленингр. ун-та. Сер. 7: Геология, география. 1991. Вып. 2. С. 74–80.
16. Арсланов Х. А., Гей Н. А., Давыдова Н.Н. и др. Новые данные по позднеплейстоценовой и голоценовой истории Ладожского озера // Известия РГО. 1996. Т. 128. Вып. 3. С. 12–21.
17. Верзилин Н. Н. Новые данные о голоценовой истории Ладожского озера и Невы // Доклады АН. 1995. Т. 342. №2. С. 251–253.
18. Верзилин Н. Н., Гонтарев Е.А., Калмыкова Н.А. Литолого-минералогическая характеристика позднеледниковых–голоценовых отложений долины р. Нева // Литология и палеогеография. Вып. 5. Изд-во СПбГУ, 1997. С. 206–219.
19. Верзилин Н. Н., Гонтарев Е.А., Калмыкова Н.А., Окнова Н. С. Литолого-минералогические особенности позднеледниковых-голоценовых отложений долины р. Нева // Литология и полезные ископаемые, 1998, №2. С. 133–144.
20. Верзилин Н.Н. Гляциодислокации на территории Саблинского учебного полигона, их просветительское, учебное и научное значение // Экскурсии в геологию. Т. 2. Изд-во «Эпиграф», 2003. С. 162–169.
21. Верзилин Н.Н. К истории р.Тосна на территории Саблинского учебного полигона // Геология в школе и вузе: Геология и цивилизация (Материалы V Международной Конференции) / Под ред. Е.М. Нестерова. СПб.: Изд-во «Эпиграф», 2007. С. 122–124.
22. Верзилин Н. Н., Клейменова Г.И., Севастьянов Д. В. Некоторые черты палеогеографии Приладожья в послеледниковье // География и геоэкология на современном этапе взаимодействия природы и общества: материалы Всероссийской научн. конф. «Селиверстовские чтения» (Санкт-Петербург, 19–20 ноября 2009 г.). СПб.: Санкт-Петербургский государственный университет, 2009. С. 594–606.
23. Лудикова А. В., Кузнецов Д.Д. Палеолимнология озера Волоярви по данным диатомового анализа донных отложений // Экологическое состояние континентальных водоемов арктической зоны в связи с промышленным освоением северных территорий. Тезисы докладов на Международной конференции (г. Архангельск, 21–25 июня 2005). СПб., 2005. С. 62.